"Шедевр на полотне"
Искусство | Театры

Бухарско–еврейский театр «Возрождение» под руководством Семена Борисовича Аулова подготовил спектакль «Шедевр на полотне» Ганны Слуцки, ставший в нашей общине театральной бомбой 2008 года.

Впервые режиссер обратился к современной теме, на первый взгляд, не связанной напрямую с его родной общиной и жизнью еврейских иммигрантов в Америке, сумев при этом ярко высветить проблемы, которые так волнуют всех нас.

Надо отдать должное и Мастеру, и всей труппе, блестяще справившейся с этой задачей и вновь порадовавшей нас премьерой, которая открыла новую страницу в истории нашего театра.

Бухарско–еврейский театр «Возрождение» под руководством Семена Борисовича Аулова подготовил спектакль «Шедевр на полотне» Ганны Слуцки, ставший в нашей общине театральной бомбой 2008 года. Впервые режиссер обратился к современной теме, на первый взгляд, не связанной напрямую с его родной общиной и жизнью еврейских иммигрантов в Америке, сумев при этом ярко высветить проблемы, которые так волнуют всех нас. Надо отдать должное и Мастеру, и всей труппе, блестяще справившейся с этой задачей и вновь порадовавшей нас премьерой, которая открыла новую страницу в истории нашего театра.

Тема семейных ценностей, брака всегда была и будет важной в пьесах наших драматургов, и остается одной из основополагающих в XXI веке. «Хосткори» и «Однобедрумная квартира в Нью–Йорке» Любы Пилосовой, «Это тебе Америка!» Леви Якубова и «Аричон, не трусь!» Н.Софиева, «Бунт невесток» С. Ахмада и даже «Ханума» классика Цагарели — «перекличка» сюжетов о сватовстве и женитьбе предлагает неисч и с л и м ы е варианты.

Я понимаю, почему директор театра «Возрождение» Алла Борисовна Аулова (светлой памяти которой и был п о с в я щ е н спектакль), предложила вниманию режиссера и труппы пьесу русского драматурга: Ганна Слуцки тему сват о в с т в а представила в ином разрезе, придав ей другое совершенно новое социальное звучание.

Сюжет, вкратце, таков. Чтобы осчастливить своего отпрыска, мама (Элла Бангиева) открывает брачное агентство: надо женить сына, которого она собственноручно развела с ненавистной снохой, выжив ее из дома несколько лет назад.

Заметим, если раньше матери чинно направлялись в дом потенциальных снох, вели долгие переговоры, торговались, подключали и подкупали профессиональных свах, то здесь — наоборот: невесты сами, как это принято говорить на современном бухарско– еврейско–американском, «по аппойнтменту», через агентство стремятся попасть в дом, чтобы встретиться с глазу на глаз с женихом.

Ассортимент будущих снох широк — от опытных женщин, пытающихся заполучить жениха «высшей категории» (читай богатого), деловых business lady до благородных проституток, основные заработки которых приходятся на свободное от работы время. Последние вошли в список мамаши на всякий случай: кто знает, может, плотские утехи возбудят в кровиночкесыночке «чувства доселе пребывающие в покое». Глядишь, и образумится, женится…

Найти в вездесущем Интернете что–либо стоящее о творчестве драматурга Ганны Слуцки мне не удалось. Разве что установил: ее девичья фамилия — Оганесян, выпускница ВГИКа, возраст — 59 лет, автор нескольких пьес с интригующими названиями, которые успешно ставят в России. Не больше.

Жаль. Ее описания женщин, жен — «забортниц» (это те, у кого мужья оказались за бортом финансового успеха), желающих выкарабкаться с задворков новой Москвы, удивительно точные зарисовки российской жизни начала 21 века выдают в авторе человека незаурядного. Так хотелось бы познакомиться с ней поближе и задать несколько вопросов! Скажем, как удалось ей, россиянке (по непроверенным данным, ныне жительнице Израиля), так тонко передать чувства, созвучные иммигрантам из бывшего СССР в Америке? Неужто тому причина уже само капиталистическое бытие, определившее наше капиталистическое сознание? Или сработала магия театра, и мы увидели на сцене близких нам несчастных женщин переходного периода: за океаном наши бывшие сограждане обустраиваются в новой России, здесь, а Америке, этим же озабочены иммигранты?..

Невольно задаешься вопросом: что между нами общего?

Да многое!

* * *

«Шедевр на полотне» у автора не обозначен жанрово, дав большой простор фантазии постановщика и собственному прочтению пьесы.

Действие происходит в просторной квартире с видом на златоглавую Москву. Портрет матери и сын, который, оказывается, и есть шедевр на полотне. Еще правее, на столике в углу, — портрет Путина (знак эпохи и нефтяного благополучия в годы правления второго российского президента). Множество телефонов, груды папок, калькуляторы… Одним словом, живут здесь деловые русские люди начала XXI века. На фоне этого незамысловатого интерьера предстанут перед нами Мама, Сын, Она (так они обозначены в пьесе) и еще три женщины.

Все действие происходит вокруг Сына. Лазарь Исхакбаев — один из самых ярких и самобытных актеров нашей иммиграции, в творческом багаже которого немало интересных ролей, в этом спектакле играет немолодого человека, чуть больше сорока лет, представителя «новых русских». В прошлом женат — теперь холост, без детей, без близких — только мама. Его бизнес трещит по швам, но мама, по счастью, сумела так прибрать все к рукам, что в последнюю минуту именно благодаря ее стараниям сын вых о д и т из воды сухим. Его смех радостен, а плач по–детски трогателен, что выдает в нем человека, оставшегося ребенком и на пятом десятке жизни. Слава Б–гу, есть у него мама!

Сын — единственный герой пьесы, физически присутствующий в течение всего спектакля. И, несмотря на это, актеру, в зависимости от обстоятельств, удается в каждой сцене раскрыть новые и новые черты характера своего персонажа.

Да, вот, главный ли он герой пьесы?

Нет! И в этом особенность драматургии Слуцки.

Ведущая роль отводится Маме (Элла Бангиева). Прима театра вновь предстала перед нами, ее многочисленными верными поклонниками, во всем своем величии, удивительно тонко проникая в образ, в котором многие узнали своих матерей. Да, многое в их отношениях выливается в скандалы: сын обозвал родительницу монстром, но ведь именно она оказалась дальновиднее его и вовремя перевела деньги на швейцарский счет! Я не провожу параллели сюжетных линий, а говорю о той харизме, которую излучает женщина, столь убедительно сыгравшая эту труднейшую роль. Героиня Эллы Бангиевой, не блещущая эрудицией («Анну Каренину» прочитала в зрелом возрасте, правда, только первую часть, и о самоубийстве Карениной узнает от сына), стоит на позициях сильной и властной свекрови. Сама, видно, из низов, но выбилась благодаря природной хватке, свойственной русским женщинам. Она честна и независима, смела в своих поступках и суждениях.

«Мужчина в семье устает от круглосуточного чувства вины. Самый идеальный муж со дня свадьбы всегда во всем виноват», — говорит она о своем понимании современного брака, и сильная половина зала аплодирует Маме — Бангиевой.

О своем покойном муже, который умер честным человеком: «Ему не пришлось вступать в эту поганую партию, лизать зад начальству и писать доносы. Ему не надо было спать за квартиру и путевки с профсоюзными суками. Все это делала за него я!», — выстреливает героиня, и за всем этим встает до боли знакомая картина совка, которому карьера иначе была бы недоступна.

В финале режиссер прибегнул к «крупному плану», и, как бы «переносит на экран» обращение матери к сыну и ненавистной ей снохе. Монолог, совершенно покоривший зрителей своей искренностью, щемящим женским откровением.

И здесь Бангиева — даже, как могло показаться, легко — справилась со сверхзадачей, поставленной режиссером, не просто показав отчаяние, досаду за непутевого сына, глубину раскаяния, но и сделав это на уровне высочайшего, филигранного мастерства.

Спасибо вам обоим, Семен Борисович и Элла!

Я где–то прочел фразу, которая запала мне в душу, что каждый человек — художник, и он создает свой единственный шедевр — его человеческую жизнь. Именно таков подход к роли и ее воплощению на сцене, как актрисы, так и режиссера.

Не оставили зрителей равнодушными и другие участники спектакля. Розе Бабековой, одной из самых любимых зрителями актрис театра «Возрождение», предстояло сыграть Марину. Пред нами предстала несколько глуповатая, крупная рубенсовская женщина, разодетая под Верку–Сердючку, с неизменной розой в волосах и несметной безвкусной бижутерией. Это своего рода мадам Грицацуева — разве что в арсенале ее значительно больше слов, вплоть до того, что она знакома и козыряет системой Джеймса Кобарта.

Режиссер снабдил героиню всеми атрибутами сладкой и страстной женщины. Она и поет, и танцует. По его же замыслу, в роль Бабековой внесены новые реплики — тосты на французском и японском языках, что существенно пополняет портрет современной провинциалки, приехавшей в Москву за счастьем. Ох, нет его в ее жизни! Муж помер после семи инфарктов (понятно, что на женщинах инфаркты мужа не отражаются — иммунная система особенная), со вторым не сложилось — ну и черт с ним! Все это Бабекова сыграла весьма эффектно, и каждое ее появление на сцене тепло воспринималось зрителями.

Несколько принизило впечатление от игры актрисы отсутствие контраста в решении образа. За общей бравадой трудно было прочувствовать горечь поражения женщины, которая имеет право на место под солнцем. Надеюсь, это будет учтено в будущих спектаклях театра.

Не скрою, что подлинным открытием для меня, как и для многих в зале, стал дебют актрисы Эллы Ильяич. Ее героиня — скромный врач–иммунолог, жена некого незадачливого «забортника» — почти двойника главного героя: тоже единственного сыночка с позорной зарплатой. Но Илона не ушла от своего мужа. А на вопрос «зачем вы живете с ним?», кротко отвечает: «Люблю…». И, помолчав, добавляет: «Это как проказа, неизлечимо».

Героиня Ильяич сильно запала в душу зрителям, и не только потому, что была блестяще сыграна: в эмиграции не раз приходилось слышать истории о женщинах, подрабатывающих на ниве проституции. Кому–то известно, что жена — любовница своего босса (иногда друга), другая постоянно дежурит по ночам «в гостинице», иной регулярно надо «уехать в командировку». Но мужчины молчат, ибо существует негласный договор между супругами, проституирующими супружеское ложе: вырастут дети, а там — посмотрим…

Ильяич играет интеллигентную женщину, которой «дополнительная» профессия не вымарала душу и даже каким–то чудом позволила сохранить любовь.

Актриса Элла Ами–- нова (тоже дебют, и тоже удачный) играет деловую женщину. Ее сюда привело и стремление заполучить делового мужа, и наличие факса. Ей нужен партнер. Впрочем, она и не скрывает этого. Разницы между этими понятиями она пока не знает (видимо не читала наших женских журналов, которые в своих редакционных материалах, как последние двоечники, «сдувают» с сайтов фривольные суждения о феминизме, за уши притянутые к читательницам, и выдают их за авторские откровения). Несмотря на кажущуюся деловитость, она не лишена лиризма. Отметим, что впервые на сцену бухарско– еврейского театра «Возрождение» вышла девушка с гитарой.

Последней женщиной, переступившей порог дома с шедевром на полотне, стала Она, названная режиссером Любой. Героиня Любы Исаковой — единственная любовь единственного сына, с которым она рассталась из–за интриг единственной матери. И если три первые жещины предстанут перед зрителями лишь раз, то Она — дважды. Первый раз, чтобы встретиться с мужем после пяти лет развода, и второй — чтобы остаться навсегда.

Я давно слежу за творческим ростом этой актрисы. Ей всегда не хватало интересных ролей — современниц. «Розовая» невестка, совковая героиня первых постановок театра «Возрождение», она заставила заговорить о себе, сыграв Кабато в спектакле «Ханума», как острохарактерная, комедийная актриса, способная передать и лирический образ, и гротеск.

И на этот раз Исакова показала высочайший класс, сыграв роль, близкую многим женщинам по духу и линии судьбы. Таких немало и в Америке вообще, и в нашей общине в частности. Убедительна игра, удачно подобран костюм, великолепны жесты, мимика. И глаза, в которых столько тоски по несостоявшемуся счастью и в то же время ужас перед очередной встречей с монстром, с которым, возможно, вновь придется жить под одной крышей.

Если честно, то не скрою: меня привлек тот факт, что театр открыл свой очередной сезон абсолютно новой драматургией — комедией нравов, спектаклем «только для взрослых» с обилием уличной лексики (но вполне нормативной), сделав ранее не свойственный для труппы выбор образов. Словом, придя к тому, чего еще не было в практике театров нашей общины.

Интересно использована музыка, подобранная композитором Э.Гавриэловым. Мне очень пришлась по душе его прелестная песня.

С благодарностью вспоминаю об Алле Борисовне Ауловой, предложившей театру поставить спектакль по пьесе Ганны Слуцки.

И хочу выразить признательность режиссеру и актерам, блестяще справившимся со своей труднейшей задачей.

 
Благородная миссия:

Почти все мы покинули места нашего прежнего проживания с болью в сердце, ибо каждый из нас оставил там могилы отцов и матерей, братьев и сестер.Наш народ на протяжении всей своей...

Celebration of success. Leadership awards of 2009:

On June 24, 2009, The Jewish Child Care Association, aka JCCA and Association of Bukharian Jewish Youth of the USA “Achdut Unity,” hosted a formal dinner award ceremony...

Встреча поколений:

Интересное, удивительное событие произошло 17 июня 2009 года в НьюЙорке. Во всяком случае, для наших авлодов: Некталовых, Исхакбаевых, Хаимовых, Галибовых, Фузайловых...

...

© 2009 BukharianJewishCongress.org