Призванный временем
Международные связи | Таджикистан

Возглавив страну, Эмомали Рахмонов стал самым молодым из руководителей государств, появившихся на карте мира после распада Советского Союза. Тогда, в ноябре 1992 года, ему было 40 лет. Если судить по номенклатурной анкете, он оказался самым «нетитулованным» из руководителей постсоветских государств..

Про многих политических лидеров говорят: «Их призвало время», но применительно ко многим это просто оборот речи. И что бы теперь ни говорили о том, кто стоял за его продвижением во власть, вся его последующая жизнь доказала: он на самом деле призван временем.

«Хочешь лучше узнать человека — поручи ему ответственное дело», — рассказывая о другом периоде жизни Эмомали Рахмонова, заметил Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Таджикистан в Российской Федерации Рамазон Мирзоев. Разговор шел о годах, когда он возглавлял райком партии в Дангаре. Там же работал молодой инструктор Рахмонов. Добросовестный, образованный, требовательный. Хороший набор качеств, больше сказать нечего. В те годы совхоз имени Ленина, земли которого начинались на окраине Дангары, был захудалым хозяйством. Менялись в нем директора, но больше ничего. Последний директор совхоза сам упрашивал снять с него эту обузу. Стали думать, кому этот груз окажется по плечу. Решили испытать на прочность инструктора Рахмонова. Выбрали его еще и потому, что жил он на окраине Дангары, значит, должен был знать людей, с которыми ему предстояло работать. На удивление всем, через непродолжительное время обстановка в совхозе стала меняться к лучшему. Конечно, не сразу пошли в рост показатели. Но доверие людей к новому директору росло день ото дня. Сумел он задеть за живое, сумел подобрать такие слова в разговоре о наболевшем, что свыкшиеся с безнадежностью люди поверили: с ним станет лучше.

Спустя годы, когда совхоз зажил по–другому, рабочие выдвинули своего директора кандидатом в депутаты Верховного Совета республики. Но в райком партии пришла команда: директорам совхозов кандидатуры снять. Их оказалось больше, чем было предусмотрено в разнарядке из партийных верхов. Вызвали Рахмонова в райком, но тот проявил строптивость: «Я не сам выдвигал себя. Это воля многих людей, это их доверие, пусть они решают, участвовать мне в выборах или нет».

К осени 1992 года Таджикистан был охвачен войной. Нет президента. Нет законной власти. Нет самого закона. Столица живет в постоянном страхе — перед криминальными группировками, перед угрозой голода. Кто мог — вооружался, чтобы защитить свой дом и семью. Занимать очередь за хлебом шли ночью, порой прячась от пуль... Тем временем под Худжандом наконецто собрался парламент республики. Главным на сессии был вопрос о власти. Оказалось, среди людей с опытом государственного управления нет желающих встать у руля государства в грозовое время. Это время выдвинуло другого лидера. Им стал Эмомали Рахмонов.

В столицу Рахмонов приехал без сопровождения. Большинство тех, кому было предложено войти в его команду, остались ждать сообщений из Душанбе. Подтянулись потом, когда убедились, что в Душанбе спокойно.

Комнатка размером два на два за его рабочим кабинетом надолго заменила ему дом. «Тепла нет, воды нет, чтобы помыться, грели воду в ведрах, — вспоминают люди, которые были рядом с Рахмоновым в те годы. — Можете себе представить главу государства, живущего в условиях не лучше тюремных? А Рахмонов жил больше двух лет». При этом напряженно работал над достижением главной цели — установлением мира в Таджикистане.

Труднее всего было начать диалог с вооруженной исламской оппозицией.

Его призыв к миру не сразу был услышан исламскими фундаменталистами, но сразу заставил насторожиться часть полевых командиров, воевавших на стороне правительства. «Мы власть, а значит, мы сильнее. Это обязывает нас первыми протянуть руку для примирения», — не прекращал повторять он тем, кто привык воевать и не мыслил иного поворота событий, как война до победного конца, какой бы ценой ни досталась эта их победа народу. Когда начавшийся переговорный процесс положит конец надеждам на то, что Рахмонов изменит свою позицию, он станет для них, да и для гражданских своих назначенцев, позже отстраненных от власти, заклятым врагом. До сих пор вынашивает планы реванша Худойбердыев, который уже трижды поднимал мятеж, ставя страну на грань новой гражданской войны. За исполнителями покушения, случившегося в Худжанде, когда рядом с Рахмоновым взорвалась граната, стоит бывший премьер Абдулладжанов.

Мирные переговоры начались в атмосфере недоверия. Каждый шаг вперед давался мучительно. Каждое неосторожное слово могло вернуть назад, а случайные обстоятельства — сорвать переговорный процесс. Когда во второй половине 1996 года Абдулло Нури предложил Рахмонову провести очередную встречу на севере Афганистана, тот без колебаний согласился, подтвердив свои слова, сказанные тогда, когда оппозиция выбрала для встречи Кабул, вокруг которого шли бои: «...Готов встретиться в любом месте в любое время. Главное, чтобы эта встреча стала плодотворной для изголодавшегося по миру народа».

Встреча с Нури завершилась подписанием важного протокола, ставшего этапным на пути к миру в Таджикистане. Кто знает, может быть, найти общий язык с лидером оппозиции в какой–то мере помог мужественный поступок Рахмонова, основанный на доверии?

27 июня 1997 года, в Москве был подписан итоговый документ переговорного процесса — Общее соглашение об установлении мира и согласия в Таджикистане.

Но даже в тот памятный день ему пришлось пережить мучительные минуты и принять трудное решение, которое предотвратило срыв церемонии, а может быть, и всего переговорного процесса.

До открытия церемонии подписания Общего соглашения оставалось полчаса. В зале, где она должна была состояться, собирались высокие гости. Вот–вот должен был приехать Президент России Борис Ельцин. В это время лидеры оппозиции выдвинули еще одно требование: выпустить на свободу группу заключенных, по их мнению, относящихся к сторонникам оппозиции. Но Рахмонову было известно, что эти лица — уголовные преступники, вина их доказана следствием. В той ситуации требование оппозиции прозвучало как ультиматум. После мучительных раздумий, на которые отводились считанные минуты, он принял его. И никто, разве только его недоброжелатели, не воспринял этот шаг как проявление слабости. Наоборот, это было проявлением силы духа, моральной победы над людьми, затеявшими торг в столь ответственный и долгожданный для всего народа Таджикистана час.

Он и впрямь пришел во власть, не зная уроков закулисных интриг и номенклатурной дипломатии. Обжигался, наживал себе врагов, становился мишенью для язвительных стрел «свободной» прессы. Он, как в былые годы, учился без отрыва от работы. Экономический факультет Таджикского университета Эмомали оканчивал заочно: вскоре после службы на флоте он женился, в семье появился первый ребенок. Студенческая вольница отпадала, но учиться все равно пошел. Что такое заочное обучение, хорошо известно. Те, кому нужен был только диплом, могли достигнуть цели, особо не утруждая себя. Студенту–заочнику Рахмонову нужны были знания. Приезжая на сессии, он не замечал столичных соблазнов. Из университетской аудитории — в библиотеку, по вечерам — снова за книги и конспекты. Выпрашивать оценки было не в его правилах. Если понимал, что «плавает» в ответе, просил преподавателей об одном — подсказать, какие книги могли бы помочь восполнить пробел...

Кстати, старшим своим детям— всего их в семье Рахмоновых девять — отец не дает расслабляться. «Забудьте о том, что я Президент. Это не навсегда. У нас не наследственная монархия. Готовьтесь к жизни, ищите себя в ней, не теряйте времени, учитесь».

Став Президентом, порой он снова ощущал себя как студент, который «плавает» в каком–то вопросе. И в каждую редкую свободную минуту брался за книги. Воспитанник таджикской школы, он понимал, что его русский не может равняться с речью тех, для кого этот язык родной. Кто знает, чего это ему стоило, но теперь он блестящий собеседник не только на своем родном языке, но и в разговоре на русском. И еще — он открыл для себя прошлое своей страны. То, о котором мало было известно в годы советской власти. То, о котором много говорили его оппоненты из оппозиции.

Теперь, когда перевернута еще одна, может быть самая трагическая, страница в истории Таджикистана, снова пришло время заглянуть в будущее.

Есть много формул гражданского мира. Одна из них гласит, что стабильность в обществе гарантирована, когда каждому в нем открыты пути к благосостоянию, когда эффективно действует основа благосостояния — рыночная экономика, а на страже этого стоит зрелое гражданское общество, способное на основе закона противостоять произволу государственной машины. Конечно, ни одна из подобных формул не может быть универсальной. Каждая страна вправе жить по–своему. Размышляя в одной из статей о выборе, сделанном народом Таджикистана, Эмомали Рахмонов отмечает: «Китай имеет такое же право на коммунизм, какое имеет Иран на ислам как основу своей государственности, а страны Центральной Азии — на право быть светскими государствами». То есть, по сути, Таджикистан намерен идти к целям, которые обозначены в приведенной выше формуле, вобравшей важные составляющие демократического общества. Но, как сказал Эмомали Рахмонов, создание демократии, понимаемой как система, учреждаемая в целом сегодня на завтра, невозможно при всем нашем желании. Для Таджикистана этот путь будет неимоверно сложным. Но страна уже не в начале пути. Сын Президента, Сомони, которому недавно исполнился год, будет жить в новом Таджикистане, для становления которого так много сделал его отец.

 
Благородная миссия:

Почти все мы покинули места нашего прежнего проживания с болью в сердце, ибо каждый из нас оставил там могилы отцов и матерей, братьев и сестер.Наш народ на протяжении всей своей...

Celebration of success. Leadership awards of 2009:

On June 24, 2009, The Jewish Child Care Association, aka JCCA and Association of Bukharian Jewish Youth of the USA “Achdut Unity,” hosted a formal dinner award ceremony...

Встреча поколений:

Интересное, удивительное событие произошло 17 июня 2009 года в НьюЙорке. Во всяком случае, для наших авлодов: Некталовых, Исхакбаевых, Хаимовых, Галибовых, Фузайловых...

...

© 2009 BukharianJewishCongress.org