Ветхий навет
Конгресс бухарских евреев США и Канады | Общинные Центры

ИНТЕРВЬЮ НА ЗЛОБУ ДНЯ

В эти праздничные дни, когда всем евреям предписано находиться в состоянии душевного равновесия и покоя, атмосфера в нашей общине напоминает кипящий котел. Неисчислимое количество споров–разговоров, слухов–сплетен, порою откровенной лжи и клеветы настигают нас практически везде. Тема одна - судьба "Канесои калон". Удивляться тут нечему: нас всех очень волнуют и серьезно беспокоят бесконечные утверждения, что любимая всеми синагога "завтра–послезавтра будет продана за неуплату банковского кредита".

Называются какие–то невероятные, баснословные цифры, высказываются совершенно дикие предположения. Я уже потеряла счет требованиям наших людей рассказать, что же на самом деле происходит с синагогой на 70–й авеню.

И поскольку я привыкла доверять только реальным фактам и серьезным документам, я взяла интервью у президента Центра БОРИСА КАНДОВА.

Тавриз Аронова: Самый главный и самый болезненный вопрос " здание синагоги и Центра уже выставили на продажу?

Борис Кандов (твердо, уверенно): Нет. У нас есть небольшая передышка.

Т.А.: Небольшая. Это сколько? Месяц " два?

Б.К.: Чуть меньше года, примерно до середины будущего лета.

Т.А. (с явным облегчением): Ну, слава Б–гу, всётаки чуть–чуть времени есть.

Б.К.: И, более того, банк готов предоставить нам определенные уступки, дать особую временную отсрочку для выплаты процентов и даже снизить этот самый процент за кредит. Городские власти тоже обещали поддержку, особенно, если, на наше счастье, мэр Блумберг будет избран на следующий срок.

Т.А.: Чего добиваются ваши противники? Их цели и задачи?

Б.К.: Вероятно, для них не только я самый большой раздражитель, но и дело всей моей общественной жизни в Америке " здание Канесои Калон и непосредственно Конгресс бухарских евреев США и Канады.

Т.А. (удивленно): А чем им не угодил Конгресс? Ведь работа Конгресса " это серьезные международные общественные и политические связи, благодаря которым мировая общественность узнаёт о том, что в мировом сообществе живет и здравствует небольшая по численности, но очень энергичная, деловая этническая община бухарских евреев. Это значительно расширяет наши не только социально–политические, но и экономические горизонты.

Б.К.: Об этом лучше спросить у тех, у кого словосочетание "Бухарско–еврейский Конгресс" вызывает острый приступ ненависти и откровенной зависти.

Хотел бы заметить, что по окончании строительства Центра у меня состоялся серьезный разговор с Леви Леваевым, когда я убедительно просил его освободить меня от должности президента Центра путем проведения полноценных выборов.

И я продолжаю говорить о выборах на протяжении последних четырех лет с председателем Попечительского Совета Леви Леваевым. Однако он считал, что с этим сложным организационным вопросом торопиться не следует. Я терпеливо ждал. Сегодня наступил момент, когда молодежь должна центр тяжести перенести на себя.

Сейчас общинному Центру катастрофически не хватает денежных средств. Они нужны как воздух. И в этом смысле мы надеемся на помощь народа. Надо спасти и сохранить это уникальное (для нас с вами!) здание. И я обращаюсь за помощью к своему народу.

Во–вторых, я все же хочу заверить всех членов нашей общины и друзей за ее пределами, что здание "Канесои Калон" было, есть и будет принадлежать общине бухарских евреев Нью–Йорка. Что касается трудностей и серьезных проблем, то они были всегда. Но когда они нас пугали и тормозили наше движение вперед? Ситуация сложная, но не безнадежная. И я очень надеюсь на помощь сознательных любящих свою общину людей.

Т.А.: Вы знаете, что некая группка ваших противников, которые объединились на почве ненависти к вам, открыто обвиняют вас в воровстве и отмывании денег?

Б.К.: Я слышу об этом уже достаточно долго. Странно, что они терпят столько лет. Если у них есть конкретные факты, подтвержденные документально, почему еще ни один документ не был передан в соответствующие органы? Одни пустые обвинения, которые сильно напоминают откровенную клевету вперемежку со злобной завистью. Просто какой–то ветхий навет получается! Кстати, надо сказать, что несколько человек из числа этой "некой группки" гневно возмущались по поводу использования их имен без их разрешения. Они в категорической форме отказались от всех лживых обвинений в мой адрес и утверждали, что их подставили. Я уж и не знаю, что думать.

Т.А.: Вы можете назвать имена наиболее ярых ваших противников?

Б.К.: А зачем? Их и так все знают. Это люди одного социального уровня, примерно одного возраста, глубоко пенсионного. Правда, профессионально разброс широкий. Тут и повара большие и малые, и несостоявшиеся юристы в прошлом и не ставшие миллионерами в настоящем, здесь и врач, и даже один служитель муз затесался.

Кстати, самый голосистый и временами просто невменяемый противник стал причиной того, что стройка нашего здания была остановлена на период с 1997 по 2003 гг. Т.е. практически целых шесть лет все было в состоянии полного и безнадежного застоя. Но как только дело пошло, он же стал призывать народ не оказывать помощь, не вносить взносы, не выплачивать долги. И еще, я хочу официально заявить, что ни он, ни его сподвижники, можно сказать, не внесли ни цента в дело строительства нашей синагоги. Теперь, когда здание радует глаз и душу народа, эта, так называемая группка исходит криком от злобы, что синагога работает и сразу же стала местом, куда народ приходит и в праздники, и в будни, во дни печали и большой радости. А возглавляет список этой группки психически неуравновешенный, с абсолютно неадекватным поведением человек. Кстати, на этого человека выписан Order of Protection. И если он осмелится еще раз в малейшей степени нарушить полицейское предписание, он будет сразу же арестован. Во всяком случае, так нам заявили полицейские.

Т.А.: Ого, это уже серьезно. Ему полиция запретила заходить в синагогу?

Б.К.: Да.

Т.А.: А вы умеете защищаться.

Б.К.: Учителя были хорошие.

Т.А.: А почему вы практически не реагируете на их бесконечные нападки в законном порядке. Например, через суд?

Б.К.: Я уже охарактеризовал вам качественный состав этой группки. И вы сами, а вместе с вами и община, надеюсь, понимаете, что тратить время, деньги и организационные усилия на этих несостоявшихся "героев" просто преступно, а порою и вовсе смешно. И чтобы никого не смешить, я предпочитаю тратить свои усилия на значительно более важные и необходимые для общины дела.

Т.А.: Кстати, о народе. В данное время резко обострились споры о том, что в этом здании нельзя проводить никаких светских концертов, выставок, презентаций, других культурно–воспитательных массовых мероприятий. Что вы об этом думаете? Что все пять этажей здания должны нести исключительно фанатично–религиозную нагрузку? Нас что хотят лишить единственного очага культуры, насильственно загнав в жесткие рамки супер–ортодоксальной жизни? Уверяю вас, подавляющее большинство общины " люди с умеренными религиозными взглядами, и они будут очень энергично и весьма активно протестовать, причем постоянно. Почему некоторые религиозные деятели возомнили о себе, что они истина в последней инстанции? Спешу напомнить, что мы обычные бухарские евреи, а не фанатики–иранцы со своим Хомейни. Да и вообще, это что, религиозный экстремизм и фанатизм в одном флаконе? Истинную святость каждого религиозного деятеля определяют прихожане, а не сам деятель. И степень его влияния и авторитета определяются исключительно уровнем доверия к нему со стороны всех членов общины, повторяю, всех членов общины, а не только группы поддержки.

Б.К. (взвешенно, уверенно): Это здание с самого начала задумывалось как культурно–религиозный центр. Зачем нам было бы строить пять этажей только для синагоги? Мы могли бы вполне удовлетвориться и двумя этажами.

Было построено 5 этажей именно с расчетом на большую общественно–культурную жизнь. И потом мы очень рассчитываем в будущем на серьезную поддержку государства в виде грантов, программ и т.д. А государство не выделит ни цента на синагогу " религия личное дело каждого человека. А вот на развитие культуры, массовых развлечений, особенно воспитательного характера, денежные средства будут выделяться всегда. И хорошие деньги. Нашему человеку обязательно нужна религия и непременно " активная куль– турная жизнь. Нельзя отделять одно от другого. Надо жить в ногу со временем. Этому, кстати, учит и Тора " соблюдать законы государства, где живешь. Чтить культурные традиции этой страны и при этом всегда помнить свою святую обязанность " быть евреем и передавать свое еврейство из поколения в поколение. Дабы не прерывалась связь времен и поколений. Перегибы в любую сторону вредны и опасны. Они чреваты взрывами страстей, эмоций, чувств, которые могут привести к расколу общины на два лагеря. А этого допустить никак нельзя. Мы " единое целое: бухарско–еврейская община Нью–Йорка. Так что давайте научимся взаимоуважению, взаимотерпению и взаимопониманию. Это наш единственно верный путь.

Т.А.: Совершенно согласна с вами. При подобном противостоянии возникает "эффект домино", когда первая падающая неминуемо разрушает равновесие всех остальных. В связи с этим вспоминается яркий пример, когда этот эффект был получен в результате публикации явно популистской статьи, автором которой был некий Главный Редактор. Руководствуясь какими–то непонятными целями, он подверг критике раббаев, разрешающих женщинам выступать на юшво. В результате было нарушено хрупкое равновесие в этом религиозно–этическом вопросе. Против автора моментально ополчились раббаи с одной стороны и возмущенные женщины с другой. Раббаи были оскорблены обвинением их в фальши и ханжестве, а женщины " призывом к открытой дискриминации, то бишь к лишению их права слова. И по сей день то на одном, то на другом юшво вспыхивает заочная дискуссия, которую этот незадачливый автор проигрывает с неизменным треском. Тут "эффект домино" налицо.

Б.К.: Я этой статьи не читал, к сожалению. Но я за то, чтобы женщины имели право слова на юшво, если им есть что сказать.

Т.А.: Не сожалейте, вы ничего не потеряли. Но возвратимся к предмету нашего разговора. Год назад вас проверяла прокуратура. По какому вопросу?

Б.К. (морщась): Кто старое вспомнит, тому да глаз вон.

Т.А. (подхватывая): А кто забудет " тому два.

Б.К. (вздыхая): В прокуратуру на меня поступил донос, в котором я обвинялся в незаконной передаче денег на баланс женской организации. Прокуратура моментально разобралась, в чем дело, поскольку было совершенно ясно, что они были вызваны по явно клеветническому доносу.

Т.А.: Донос анонимный?

Б.К.: Ну почему же, автор известен.

Т.А.: А ведь "некая группка" опять обвиняет вас в этом же "преступлении".

Б.К. (машет рукой): Сам я их сочинений не читаю, но предполагаю, что факты, которые мне приписывают из года в год, одни и те же. Если у прокуратуры нет других забот, пусть расследуют эти избитые клеветнические измышления и сплетни. Хотя, я думаю, в прокуратуре сидят умные люди, которые попросят всё подтвердить документально. Вот только где найти несуществующие в природе документы на абсолютно выдуманные факты, я не знаю.

Т.А.: А сколько кредитов и на какие суммы взяты в банке? Документы можно посмотреть?

(Борис Кандов вызывает бухгалтера Центра, которая приносит документы. В документах нахожу следующее:

НАШИ ДОЛГИ
Loan Bank Leumi - 748 тыс.
Loan Foundation Capital Resources - 1 млн. 396 тыс. 860
Loan Foundation Capital Resources - 4 млн. 485 тыс. 561

Т.А.: Хочу спросить вас о доходах и расходах Центра за четыре года.

(Борис Кандов снова вызывает бухгалтера Центра, которая приносит соответствующий документ.) Итак, за период с сентября 2005 по август 2009 года на главный счет Центра было получено 4 млн. 068 тыс. 289 долларов. Из них израсходовано за тот же период 4 млн.058 тыс. 495 долларов. Все эти доходы — расходы подтверждены строго документально в соответствии с американским законодательством.

Т.А.: Наше интервью затянулось. Пора прощаться. Но напоследок я спрошу. Какая у вас зарплата?

Б.К.: Я работаю исключительно на общественных началах, и никогда ни за работу по строительству главного бухарско–еврейского дома, ни за работу в Центре, ни за работу в Конгрессе не получал ни единого доллара. Наоборот: это наша семья внесла крупнейшую после пожертвования Леви Леваева сумму в копилку наших общинных дел.

И знаете что? Мы в преддверии Йом Кипура " Дня очищения, или, как его еще называют Судного дня. И на душе у меня светло и чисто: я знаю, что бескорыстно служил своему народу и отдал все свои силы исполнению того, что считал и буду считать своей миссией. Я делал все это для своих единоверцев, а также в память своего отца Эфраима бат Яфа и Барух Кандов и в честь матери Лизы бат Шошана и Йосеф Мамонов, долгие годы ей жизни, но и памятуя при этом, что и вера, и культура, и традиции народа должны быть сохранены на века и приумножены нашими детьми и внуками.

Т.А.: Ну что ж. Ухожу от Вас слегка, но только слегка, успокоенная. Передышка меньше года, а время летит ой как быстро. Спасибо за интервью.

Б.К.: Это нашим людям, приславшим вас, спасибо. Ну, и вам, конечно.

Т.А.: Вот так, дорогой читатель, я попыталась что–то понять сама и поделиться тем, что увиделауслышала, с вами.

Уж не знаю, сумела ли я хоть как–то прояснить весьма непростую ситуацию в общине, но поверьте, я очень старалась. А если найдутся недовольные или несогласные, милости прошу — готова с ними встретиться, но при наличии реальных документов, полностью подтверждающих их утверждения и факты.

 
Благородная миссия:

Почти все мы покинули места нашего прежнего проживания с болью в сердце, ибо каждый из нас оставил там могилы отцов и матерей, братьев и сестер.Наш народ на протяжении всей своей...

Celebration of success. Leadership awards of 2009:

On June 24, 2009, The Jewish Child Care Association, aka JCCA and Association of Bukharian Jewish Youth of the USA “Achdut Unity,” hosted a formal dinner award ceremony...

Встреча поколений:

Интересное, удивительное событие произошло 17 июня 2009 года в НьюЙорке. Во всяком случае, для наших авлодов: Некталовых, Исхакбаевых, Хаимовых, Галибовых, Фузайловых...

...

© 2009 BukharianJewishCongress.org